Жительница Саранска обвиняет бывшую свекровь в том, что та приватизировала их общую квартиру без ее согласия. В итоге женщина со своими двумя детьми оказалась на улице. “Мордовия” узнавала, как такое могло произойти.
Ольга Акулова демонстрирует кипу документов итог судебных разбирательств по факту приватизации квартиры без ее ведома. С ее слов, несколько лет назад ее свекровь оформила в собственность квартиру, в которой они проживали и были прописаны совместно. Теперь Ольге приходится в судебных инстанциях доказывать свое право на жилплощадь.
“Отношения с матерью мужа у нас всегда были натянутые,- вспоминает Ольга Акулова. Никогда рьяного желания общаться она не проявляла. Но в 1996-ом году, когда ей давали квартиру, она заявила, что у нее еще сын с женой и ребенком. В результате жилплощадь ей выделили большую. В ордер включили всех нас четверых. Мы в то время жили своей семьей в деревне и когда приехали в Саранск, в квартиру свекровь пускать нас не пожелала. Предложила, как альтернативу, свой небольшой частный домик. В 1998ом году моего мужа посадили. К тому времени мы обзавелись новым домом, который свекровь предложила продать, так как якобы требовались большие деньги на адвокатов. Тем не менее, он в итоге оказался в ее собственности. Однако возникла ситуация, что дом попал под конфискацию и только после ряда судебных разбирательств его оставили нам, и мне с двумя детьми (к тому времени у Акуловых родился еще один ребенок - “М”) было разрешено жить там. Но он стал для нас настоящим проклятьем”.
Летом 2009го муж нашей героини вышел на свободу, и проблемы только усугубились. За 11 лет, пока он был в тюрьме, Ольга, чтобы прокормить детей, трудилась на двух работах. Однако жить в прежнем доме стало невозможным. Скопились долги по ЖКУ, им отрезали свет и газ. Семья переселилась в одно из сел, где Ольга устроилась в частное перерабатывающее предприятие. В один из злополучных дней на одной из машин ей по плечо отхватило правую руку. В итоге она частично потеряла трудоспособность и теперь имеет право на пенсию по инвалидности в 2 400 рублей и практически никому не нужна. После возвращения мужа Ольга и дети вновь переехали в саранский дом. Но муж стал все чаще заявлять, что “жена-калека” его не устраивает. Начал все чаще “поучать” разуму детей. По словам женщины, он и раньше особой ласковостью не отличался. А теперь так и вовсе забыл все нормы поведения. В итоге, не выдержав постоянных словесных и физических издевательств, Ольга вместе с детьми поздней августовской ночью сбежали из дома. Через пару дней она подала заявление на развод. После этого в развивающуюся драму включилась свекровь, сообщившая о намерении выселить бывшую семью своего сына из дома. Пускать Ольгу и внуков в квартиру она не захотела, хотя ордер, казалось бы, на всех. Теперь женщина и дети живут в съемном жилье, которое скоро придется покинуть. Куда идти дальше, они не знают.
Но и это далеко не все. В ходе процесса по заявлению свекрови о выселении семьи из дома выяснилось, что в 2000м году она приватизировала ту самую квартиру. “Для меня это был шок, говорит Ольга. Удивительно то, что никто не поинтересовался, согласна ли на это я. Насколько знаю, без разрешения других прописанных членов семьи подобные операции не совершаются. А теперь свекровь еще пожелала выписать меня и моих детей из дома фактически выбросить на улицу. Однако судья, ввиду того, что дети несовершеннолетние, оставила за ними право жить в доме до 18 лет. Но я не рискну даже отпустить их туда, к отцу, настолько агрессивно он настроен. У нас там и вещи все остались. На деньги, полученные в качестве компенсации за производственную травму, купила бытовую технику. Так бывший муж ее не отдает. И милиция ничем не помогает. Говорят, не могут просто так в дом к обычным гражданам входить. Требуется веская причина. Но теперь, когда дети станут совершеннолетними, велика вероятность их выселения. Ладно я, а куда пойдут они? Свекровь одна живет в большой квартире, в которой были когдато прописаны мы все. Как такое могло произойти? На одном из судебных разбирательств по вопросу такого перевода жилья в собственность присутствовал юрист городского агентства по приватизации. Он сообщил, что изза сроков давности и проживания по другому адресу мы больше не имеем никаких прав на квартиру. Судья абсолютно спокойно это приняла. Куда нам обращаться после таких решений?”
С августа Ольга пережила не одно судебное заседание. На руках у нее масса документов, в каждом из которых прописан отказ в праве на квартиру, в которую когдато ее прописывали вместе со свекровью. Загвоздка в том, что, как утверждает Ольга, разрешение на приватизацию свекровь получала у своего сына, который выписался из квартиры. “В этой ситуации много вопросов, комментирует адвокат героини Ольга Дадаева. Нас заботит судьба детей. Куда они пойдут после достижения совершеннолетия? Както, всетаки, возможно договориться и решить этот вопрос”.
“Никто не имеет права приватизировать социальное жилье без согласия других съемщиков, категорична руководитель городского агентства по приватизации жилого фонда и обмену жилой площади Марина Телина. Но это при условии, что все они там прописаны. В противном случае никакого спроса с приватизирующего нет. Пусть эта женщина подойдет к нам с паспортом. Мы обязательно проверим по всем базам, что за история произошла с их квартирой”.
В.Новожеева.
Газета "Мордовия", №10
